Владимир Строевский: «Чем больше ножек у табуретки, тем она устойчивее»

Согласно результатам различных исследований, растёт число россиян, особенно среднего возраста, которые живут в состоянии депрессии, хронического стресса, повышенной тревожности, эмоционального или профессионального выгорания. Каковы причины происходящего? Ведь ожидалось, что с развитием технологий нам всем станет жить легче. Почему старшее поколение меньше «штормит»? Ответы на эти и другие вопросы — в беседе с главным внештатным специалистом по психотерапии Минздрава РК, кандидатом медицинских наук, доцентом кафедры психиатрии, наркологии, психотерапии с курсом общей и медицинской психологии Медицинского института им. С. И. Георгиевского КФУ, а также представителем большой психиатрической династии — уже 4-го поколения, Владимиром Строевским.

— Можно много философии по этому поводу допускать. Но я бы не сравнивал поколения, это не совсем корректно и спорно. Уместнее использовать формулировку: нынешнее поколение, скажем так, людей трудоспособного возраста, в связи с особенностями настоящего времени, — другое и живёт по-другому, нежели их предшественники, — сразу уточняет собеседник. — Возьмём только одну составляющую — телевидение. Во времена СССР был один государственный канал. Сегодня их столько, что люди даже не хотят выбирать, из какого лучше получать необходимую им информацию. А сегодня большинство людей черпают информацию из новостной ленты в мессенджерах на мобильных устройствах. Собственно, история с искусственным интеллектом и направлена на то, чтобы человеку было проще перерабатывать эту информационную составляющую, сам он уже не всегда с этой задачей справляется. Ещё на одну особенность нынешнего времени стоит обратить внимание: по данным ВЦИОМ и других исследовательских организаций, подавляющее большинство наших граждан одновременно трудятся на нескольких работах или берут подработку. Подобное и раньше было, но сейчас это — в порядке вещей. И это очень серьёзный фактор, который влияет на состояние человека. Появились даже определённые термины, например, «страх упущенных возможностей», который тоже очень сильно невротизирует. И для людей, находящихся в так называемом карьерном треке, это что-то вроде морковки перед осликом — есть такая иллюстрация. Да, это неплохой драйвер, но проблема в том, что не всегда морковку удаётся достать. Потому что цели должны быть достижимыми и реальными, и в карьерном треке — понятными. Но, опять же, с одной стороны работа — это хорошо, а с другой, когда всё находится в одном положении долгое время, у человека наступает профессиональное и даже эмоциональное выгорание. Должна быть какая-то сменяемость, карьерный рост, тогда ясно, зачем всё делается.

— По сути, так было в советское время, когда молодой человек, получая соответствующее профессиональное образование, примерно знал, как будет выстраиваться его карьера, а значит, и жизнь.

— Увы, я не знаю, как было в то время, но стрессы были всегда. И говорить, что раньше их было меньше, чем сейчас, тоже неправильно. Просто тогда по этому поводу люди реже обращались к врачам, и таких, как сегодня, диагностических инструментов не было. Да, эмоциональное, профессиональное выгорание — достаточно свежие термины, но что такое тревога или депрессия, известно давно, и всегда они были. Тут важно понимать, как с ними обходиться, что делать. И потом, есть ещё один важный показатель, определяющий качество жизни людей, — это её продолжительность. А сегодня она, вопреки всему, растёт.

— Человек приспосабливается к стрессам и выгоранию? Хотя, судя по количеству обращений к специалистам разного медицинского профиля, не всегда.

— Тем не менее, все физиологи скажут, что дозированный стресс полезен для организма, потому что приводит к его закалке. Возможно, это касается и психоэмоционального стресса.

— А как понять, что у человека — эмоциональное (профессиональное) выгорание? Ведь если такое состояние будет одновременно и у руководителя, и у его подчинённых, ничего хорошего не получится.

— При существующих знаниях о профессиональном выгорании, а также инструментах диагностики, это несложно определить. Уже есть профессиональные шкалы для выявления выгорания. Например, «золотым стандартом» является опросник на определение уровня психического выгорания Кристины Маслач, который позволяет определить степень выраженности профессионального выгорания по трём шкалам. И если такое состояние появляется у сотрудников, его игнорирование — только на совести работодателя. Безусловно, существуют организации и в государственном сегменте, и в частном, которые образцово подходят к формированию микроклимата в коллективе, объединяющим сотрудников событиям, мероприятиям, которые позволяют им, не нарушая трудовой процесс, отвлечься от рабочей рутины.

— В итоге это положительно отражается на результатах деятельности сотрудников?

— Да, потому что им хочется улучшить свою работу, они знают, что делают, есть ощущение, что их ценят. В итоге выигрывают все. Но когда сотрудника эмоционально выжимают, что называется, до последнего, а потом его просто меняют на другого, ни к чему хорошему это, в конце концов, не приведёт.

— А в каких сферах экономики чаще всего происходит профессиональное выгорание специалистов?

— Согласно статистике, в большей степени этому подвержены представители помогающих профессий — врачи, учителя, психологи, те, кто работает в обслуживающей сфере.

— И психологи тоже?!

— Конечно. Без должных инструментов защиты каждый день сталкиваться с горем, слезами, различными проблемами людей не так просто. Сначала тебя это ранит, потом, может быть, впечатляет, а через некоторое время делает чёрствым, невосприимчивым. Потому что горе становится нормой жизни. Без должной подготовки, супервизий, балинтовских групп, где есть обсуждение между коллегами, психологу нельзя работать, поскольку в итоге он сам «стирается» и деформируется. Что, в свою очередь, начнёт сказываться на его взаимоотношениях, например, с родственниками и, как следствие, будет страдать его семья. Отсюда пресловутый образ одинокого психолога, который учит других, как надо жить, а сам не умеет. Сапожник без сапог. Поэтому в психологической сфере всё регламентировано. По сути, это — внимание к себе. Например, человек, работающий в условиях высоких температур, может понять, что сейчас будет горячо и есть риск обжечься. А можно беспечно взяться за горячее и получить серьёзное повреждение. Это — разный уровень внимания к себе. Так и в случае помогающей специальности — надо точно ощущать собственные процессы.

— Если эмоциональное выгорание сотрудников зависит от руководителей, на что им надо обращать внимание в первую очередь?

— На конфликтность в коллективе, циничность, раздражительность — это не должно присутствовать в работе. А когда появляется, значит, что-то не так, и оно не взялось ниоткуда, и в любой организации будет заметно. Потому что работа — это не боксёрский ринг, в котором каждый должен выполнять свои действия. Если возникают, как говорят, какие-то «тёрки», значит, в механизме что-то нарушено. Если в часах все шестерёнки работают чётко, они показывают точное время, а если хоть одна деформируется, весь механизм функционирует некорректно.

— А если у руководителя — эмоциональное выгорание, а у коллектива — нормальное состояние, что делать?

— Нормально, если есть обратная связь и руководитель слышит своих подчинённых. Когда руководитель держит дистанцию и «достучаться» до него невозможно, скорее всего, проблемы начнутся уже в вертикальной траектории, поскольку работать такая структура будет не очень эффективно.

— Будущих управленцев хотя бы азам этих знаний надо обучать?

— Есть такое понятие, как командная работа. На кафедре психиатрии Медицинского института им. С. И. Георгиевского КФУ мы преподаём цикл по командной работе в медицине, что позволяет, как минимум, знать базовые вещи. Например, управление временем и коммуникативные техники, а также затрагиваем тему профессионального выгорания, с которым можно столкнуться на психологическом уровне.

— Как понять, что у человека — хроническая депрессия, а не профессиональное выгорание? Это разные состояния?

— Симптоматически это достаточно близкие понятия. Однако причинно-следственные связи здесь разные. Фактором, создавшим профессиональное выгорание, является как раз работа, тяжёлые условия труда или какие-то эмоциональные моменты, связанные с этой деятельностью. Грубо говоря, не было бы этой работы, у человека не появился бы синдром выгорания. Когда речь идёт о депрессии, она может возникнуть не из-за того, что человеку работа не нравится, часто бывает наоборот, она — его спасение. А депрессия у него потому, что есть, к примеру, генетическая предрасположенность.

— Иногда даже от неработающих подростков можно услышать: «Я выгорел».

— Скорее всего, это сленговый момент, который обозначает некоторую усталость от привычной деятельности. Особенность в том, что тот, кто выгорел, этого не замечает. Он по инерции монотонно выполняет свою работу, не получая никакого удовольствия от этого. Опять же, периодически конфликтуя с окружающими, имея хронические физические симптомы, проблемы с алкоголем. Кстати, есть много иллюстраций на эту тему, например, человека изображают как спичку, которая перегорела. Из личного клинического опыта знаю, что у людей, которые работают посуточно, обязательно возникают проблемы со сном. А значит, будут и эмоциональные проблемы. И чаще всего на вопрос, как вы с этим справляетесь, они отвечают: «Дедовским способом — 100 грамм». К сожалению, это дорога к зависимости.

— Посоветуйте и руководителям, и сотрудникам, как не попасть в состояние выгорания.

— На мой взгляд, руководитель — это тот же сотрудник, просто его роль, уровень ответственности иные. Он тоже выполняет свою работу, у него тоже есть эмоциональная нагрузка. Поэтому всем важно соблюдать правильный режим труда и отдыха, что позволит как можно дольше оставаться в рабочем тонусе. Нельзя забывать о психогигиене — правильном балансе удовольствий, каких-то активностях, того, чем наполняется наша жизнь. Опять же, здесь руководитель может помочь. Сегодня очень модное слово — тимбилдинг. Это объединяющее мероприятие для сотрудников, создающее в коллективе определённый микроклимат и качество работы. Плюс, должно быть правильное целеполагание — человеку надо знать, зачем он здесь работает и какие дальнейшие действия предпринимать, чтобы его будущее становилось если не контролируемым, то хотя бы понятным. Я не использую понятие стабильность, потому что сам принадлежу к тому поколению, которое живёт в постоянных переменах — новшества в системе образования, переходы политического плана и т. д. И это поколение понимает, что жизнь нестабильна, она переменчива, как погода.

— Не все возрастные читатели согласятся, что только младшее поколение хорошо адаптируется к постоянным переменам. У многих это тоже получается — они путешествуют, много читают, организовывают мероприятия, учатся на каких-то курсах и т. д. В то же время есть немало молодых людей, которым вообще ничего не интересно, и каждый день у них похож на предыдущий, как говорится, «день сурка».

— Такой «аппетит» к жизни — свидетельство того, что у этих людей, несмотря на возраст, ясный ум и здоровая психика. А способность приобретать новые навыки — это действительно ценность. Но люди — разные. Я не очень люблю историю про то, что раньше было лучше, а сейчас — хуже. Сегодня — по-другому. И, видимо, это часть культуры времени, что хорошо представлено в теории поколений Уильяма Штрауса и Нила Хоу. Кстати, так называемые зумеры (те, кто родился после 2000 года) очень внимательны к себе, если что-то не так на работе, они очень быстро меняют профессию и знают, что найдут сферу деятельности. Хотя очевидно, что в таком случае нельзя стать экспертом по-настоящему, поскольку некоторые профессии, например медицинские, требуют многолетнего изучения и дисциплины.

— Чтобы не страдать от депрессии и выгорания, какого правила Вы придерживаетесь по жизни? Что посоветуете нашим читателям?

— Трудно давать обобщённые рекомендации в вопросах, связанных с индивидуальностью, да и в целом психотерапевты не очень любят давать советы. Скажу первое, что пришло в голову: «Не класть все яйца в одну корзину». Должен быть баланс между работай и личной жизнью, хобби, семьёй и т. д. Потому что, образно говоря, чем больше ножек у табуретки, тем она устойчивее. Опять же, есть много рекомендаций — не бояться просить о помощи, делиться эмоциями, приобретать новые навыки, заниматься спортом, соблюдать правильный режим работы и отдыха и т. д. Но если всё испробовано и не даёт желаемого результата, и стоит выбор — алкоголь или обратиться за помощью к специалисту, однозначно рекомендую второе. Гораздо проще разобраться в себе, своих состояниях и выработать стратегию в содружестве с профессионалом, как из этой ситуации выходить. А ещё надо понимать, что всё время находиться в состоянии счастья и радости тоже ненормально. Иногда погрустить и пострадать тоже полезно. Обратите внимание, все самые «цепляющие» песни, фильмы, музыка — они про разбитое сердце. Но, конечно же, для творчества нужен весь спектр эмоций. Тем не менее грустить — это норма жизни. Но ни грусть, ни радость не должны быть постоянными, тогда всё будет складываться интересно и гармонично. Для эмоций важна сменяемость, адекватность ситуации и соразмерность воздействию внешнего раздражителя.

Беседовала Елена Озерян