Эксперт Шевченко: на G7 обсуждалось, быть войне или миру
Завершившийся во французском курортном городке Эвиан-ле-Бен саммит «большой семёрки» вызвал ряд вопросов, касающихся не только взаимоотношений России с коллективным Западом, но и вероятности того или иного сценария развития событий во всём мире. Оригинальными мыслями по этому поводу с читателями «МК» поделился доктор философских наук, заведующий кафедрой философии Крымского федерального университета Олег Шевченко.
Кроме глав государств и правительств стран-членов G7, в работе саммита приняли участие ещё восемь делегаций. Приглашение в их числе просроченного президента Зеленского изначально не оставляло сомнений в том, что общий вектор мероприятия будет, среди прочего, иметь ярко выраженную антироссийскую направленность. Так оно и случилось. Но, по мнению Олега Шевченко, на проблему следует смотреть шире. Он ответил на вопросы «МК».
– Олег Константинович, насколько сегодня велико влияние G7, особенно в сравнении с «большой двадцаткой», в которой есть и Китай, и Индия, и Россия?
– Я предпочитаю использовать несколько другую терминологию. G7 – это не «Большая семёрка», а «Группа семи». Также и G20, это «Группа двадцати», а не «Большая двадцатка». Если же акцентировать внимание на сути, то история «семёрки», да и влияние однозначно больше. Ведь «семёрка» собирается почти на регулярной основе в устойчивом формате с середины 70-х годов двадцатого века. А двадцатка – это узкопрофильное объединение, созданное в своё время по инициативе министров финансов той же «семёрки». И только с 2008 года «двадцатка» объединяет лидеров держав.
«Двадцатка» очень аморфная и неустойчивая структура с не всегда внятной вертикальной субординацией и горизонтальными связями. В ней масса фракций, особых мнений и всего того, что характерно для неустойчивых недавно созданных международных площадок для общения. «Семерка», имея за плечами больше полувека динамичного развития с понятными правилами общения, традициями, преемниками на уровне глав делегаций, руководителей служб разных стран, на протяжении десятилетий тесно коммуницирующих между собой, это, однозначно, очень весомая сила, претендующая на роль теневого мирового правительства с явным стремлением подменить собой ООН.
Было бы легкомыслием недооценивать объединение, за которым 40% мировой экономики, абсолютное доминирование в сфере инновационных технологий и фундаментальных научных открытий, ужасающий военный потенциал, тотальное доминирование в сфере СМИ, искусства и массовой культуры. В G7 входят страны с огромным опытом построения колониальных империй, и они собираются не для того, чтобы обсудить мелкие региональные вопросы. Это клуб хищников, не боящихся «рулить» миром или, по крайней мере, проговаривать границы своих интересов, проводя фломастером по земному глобусу.
Россия была приглашена в этот клуб, но по разным причинам, в том числе культурно-цивилизационным, не задержалась в нём. Нам оказалось не по пути. Наш выбор – это философия БРИКС, логика АСЕАН, идеи равноправия и справедливости, а не пошлое властолюбие и неоколониальные амбиции «омерзительной семерки».
– Есть мнение, что доминирующей идеей прошедшего саммита была его антироссийская направленность. Так ли это?
– Я бы не сказал, что это сугубо антироссийская направленность. Там этих «анти» можно насчитать с десяток. Например, антикитайская, или антиафриканская (направленная против африканских держав Сахеля, ушедших из-под неоколониальной опеки Франции» и т.д.). Мне представляется, что основной вопрос последнего заседания G7, причём ключевой вопрос – это выбор стратегического ориентира. Не стратегии как таковой, подразумевающей системное планирование, а именно ориентира, к которому надо стремиться и под который создают стратегию.
В Эвиане «семёрка», как мне представляется, обсуждала два варианта: Война или Мир. То есть, страны, претендующие на владычество над планетой, советовались на предмет того, каким образом они будут проводить деконструкцию своих противников и, в первую очередь, России и Китая: при помощи мирных технологий угнетения (мягкая, умная сила уничтожения патриотизма, примитивизация культуры, развал науки, оболванивание молодежи, гражданские смуты и т.п.) или путём военной агрессии.
Судя по решению усилить военную поддержку Украины и, что ещё важнее, перенаправить финансовые потоки в военный сектор экономики (причем даже не в производство товаров двойного назначения, а именно в сугубо милитаристский) был взят курс на войну.