22-09-2017
Сервиз, который тянет на пласт истории. Учёный Александр Герцен рассказывает о деле всей своей жизни.

 

Скудные сведения о Мангупе – средневековом городе-крепости в Бахчисарайском районе, ныне всемирно известном, могли бы и вовсе затеряться. Как, впрочем, и многие страницы истории, если бы не преподаватели и студенты Крымского федерального университета им. В. И. Вернадского. Об этом «Газете» рассказал декан исторического факультета Таврической академии КФУ Александр Герцен. Больше 40 лет он руководит Мангупской археологической экспедицией, а ей в этом году – 50 лет.

«Тогда я и вцепился»…

– Полвека – срок солидный.

– Городище Мангуп, расположенное на вершине живописного плато в юго-западной части внутренней гряды крымских гор, давно привлекло внимание исследователей. Ведь Мангуп был связан нитями политических, культурных и торговых отношений с Московским государством, Византией, Молдавией, Польшей, Генуей, Трапезундом, Золотой Ордой, Крымским ханством. Включение Крыма в состав России усилило интерес к древностям полуострова. Приезжавшие сюда в конце XVIII – первой половине XIX вв. учёные и просто любители путешествий нередко поднимались на Мангуп, запечатлевали увиденное в описаниях, путевых заметках и рисунках. Но на подлинно научную основу археологические исследования Мангупа были поставлены только в советское время. А постоянно их стал проводить Крымский государственный педагогический институт, ныне – КФУ, по инициативе археолога Евгения Владимировича Веймарна, который у нас преподавал курс археологии. А студентам-историкам надо было проходить практику. И Веймарн совместил эти две задачи. Первая практика была проведена в 1967 году. А на следующий год я тоже поехал на практику на Мангуп. Тогда я и вцепился в этот объект. В 1975 году Веймарн ушёл на пенсию, и мы, сотрудники исторического факультета и студенты, участвовавшие в исследованиях Мангупа, фактически превратились в самостоятельную археологическую экспедицию. С 1976 года я уже официально имел открытый лист как руководитель Мангупской археологической экспедиции.

– Мангуп охотно раскрывает свои тайны?

– Это очень трудоёмкий археологический памятник, не сразу и не каждого к себе подпускает. И поскольку наша основная рабочая сила – студенты, полевой сезон ограничен – от конца учебного года и до начала следующего. Если делать экспедицию по всем правилам, это выходит очень затратно. Не каждый водитель согласится заехать на плато по сложнейшей горной дороге. А если и согласится, то за большую цену. Многие годы в магазинах ближайших сёл – Красный Мак, Залесное, Терновка – был очень скудный ассортимент товаров. Поэтому практически всё надо было везти из Симферополя. Лишь в последнее десятилетие мы приспособились: жители деревни Ходжа-Сала, что возле западного подножия Мангупа, развили такую услугу для туристов, как подъём на УАЗах на плато. Эти перевозчики нам очень помогают. Один из них, Нариман Якубов, уже 11 лет фактически бескорыстно работает с нашей экспедицией. Он уже как член нашей команды.

Запрет был прорван

– Но в итоге Мангуп дарит уникальные находки?

– Это тоже было не сразу. Когда мы в1967 году начинали свою работу, в археологии Крыма сложилось довольно пренебрежительное отношение к Мангупу. Оно зародилось ещё в довоенный период, когда акцент был сделан на Эски-Кермене. Считалось, что именно он центр крымской Готии, тот самый Дорос, который упоминается в ранневизантийских источниках как византийская крепость, административный центр территории. А Мангуп ещё до революции был недооценён исследователями.

– Но территория Мангупского княжества в западноевропейских документах часто называется Готией.

– С так называемой готской теорией очень активно боролись, а после Великой Отечественной войны она фактически была под запретом. Даже говорить о том, что в Крыму когда-то обитали готы и есть археологические материалы, письменные источники, подтверждающие это, тоже было нельзя. Хотя было известно, например, свидетельство Прокопия Кесарийского – историка, жившего в VI веке, в период правления византийского императора Юстиниана Первого, который описывает страну Дори, расположенную в юго-западном Крыму, где живут готы, которые строят длинные стены. Этот идеологический запрет был прорван лишь в конце 60 годов прошлого века…

Невесты Мангупа

– Не без вашей помощи?

– Ещё работая в Бахчисарайском музее, мне удалось найти звенья неизвестной раньше огромной оборонительной системы Мангупа. Не той, которая связывала пояс стен и башен, проходящий на верху плато. Считалось, что это и есть внешняя линия обороны. Но я всегда думал: почему не использовать природный фактор неприступности плато? Зачем врагу давать возможность подняться на него, вместо того чтобы перехватить где-то на подступах, в ущельях? Должно что-то быть. В археологии чаще накапливаются материалы, а уже потом возникает идея. В моём случае произошло наоборот. Сначала была идея, и под неё я осуществлял целенаправленный поиск. И, если говорить о моих научных достижениях, считаю, что главным было именно открытие сооружений этой внешней оборонительной линии. Я в одиночку лазил по зарослям, расселинам, скалам вокруг плато и находил остатки оборонительных стен, которые в конечном итоге выстроились в эту, как я её назвал, главную линию обороны, обеспечивавшую полную защиту всего Мангупа. 90 гектаров его поверхности были полностью защищены. 80% этой линии составляли естественные обрывы. А промежутки между ними – расселины, участки пологого склона были закрыты искусственными стенами. Таким образом, в VI веке, при императоре Юстиниане, здесь выросла крепость Дорос – звено обширной оборонительной системы, защищавшей рубежи Византии от кочевников. Построить цепь укреплений на неприступном горном плато, согласитесь, титаническая работа, достойная великой империи! Потом был захват крепости хазарами в восьмом веке, неудачное восстание местных жителей под предводительством епископа Иоанна Готского, возвращение византийцев. Наконец, в ХІ веке здесь произошло катастрофическое землетрясение, после которого город на несколько веков обезлюдел.

Но в XIV столетии Мангуп возрождается: старая крепость стала столицей княжества Феодоро. Это, пожалуй, самая яркая страница в истории Мангупа. Княжество пользовалось авторитетом на международной арене: молдавский господарь Стефан Великий был женат на мангупской княжне Марии, московский князь Иван III тоже пытался высватать своему сыну невесту из мангупской династии, правда, неудачно. Но византийский импульс в Крыму жил и пошёл дальше распространяться на Россию. В разработке идеологического проекта «Москва – третий Рим» Мангуп играл очень важную роль. И даже когда Византийская империя погибла в 1453 году под натиском турок-османов, княжество Феодоро просуществовало ещё 22 года, будучи, как выразился по этому поводу русский учёный-византиновед Александр Васильев, автор непревзойдённого исследования истории Мангупа, Феодоро, истории готов, «последним осколком Византии на Чёрном море». В 1475 году последовала новая военная катастрофа – вторжение турок-осман в Крым. Если византийская столица Константинополь пала под ударами турок через два месяца, то Мангуп сумел продержаться полгода. Потом здесь была турецкая крепость, просуществовавшая до 1774-го, когда Османская империя потеряла Крым. А последний раз Мангупу довелось повоевать летом 1942 года – отсюда Эрих фон Манштейн наблюдал за штурмом Севастополя.

– Чем Мангуп порадовал археологов в этом году?

– Мы в 2006 году возобновили исследования Мангупского дворца. В этом сезоне ещё метров 400 квадратных раскрыли. И всё это в основном с помощью ножа и кисточки. В XV веке на Мангупе велось большое строительство. А мы нашли фрагмент земли, который остался от предшествующего времени. В итоге у нас появились материалы IX-X веков, которые относятся к позднехазарскому времени и более раннему периоду. Нашли более 100 монет, в том числе монеты Юстиниана Первого, того самого, при котором на Мангупе зарождался и создавался крепостной ансамбль. Есть также индивидуальные находки, интересные и яркие. Например, керамики. В Византии была глазурованная посуда, которую, может быть, даже не каждый день использовали. И на одном из найдённых нами фрагментов такой посуды есть изображение человека, что тоже чрезвычайно редко делалось. Обычно на посуду наносился растительный или геометрический орнамент, птички. А на этом – портрет человека. Нам предстоит ещё изучить это изображение. Уже несколько лет мы находим фрагменты княжеского сервиза. Это известный исторический персонаж, с которым как раз связано установление контактов между Москвой и княжеством Феодоро, князь Исаак, предпоследний правитель Мангупа, правивший с 1471 по 1475 год. Именно к нему в 1474 году из Москвы было направлено посольство Ивана III во главе с боярином Никитой Беклемишевым, кстати, вообще первое посольство в Крым. Его задачей было заключить брак между мангупской княжной – дочерью или, может быть, сестрой, мы точно не знаем, князя Исаака и сыном Ивана III от первого брака – Иваном Молодым. Но Москва опоздала. Когда на Мангуп за невестой отправилось второе посольство, город уже был захвачен османами. Таким образом, маленький фрагмент сервиза Исаака, найденный археологами, раскрывает целый пласт истории.

Подарок на $50 тысяч

– За годы работы экспедиции случались неординарные ситуации?

– Помню эпизод в начале девяностых. Меня не было на Мангупе – ездил «выколачивать» деньги и продукты для поддержания экспедиции. По возвращении узнаю, что случилось ЧП: на собственном вертолёте прилетал какой-то тип с сопровождающими. Куражились, задирали участников экспедиции, учинили стрельбу… И обещали ещё вернуться. И действительно, вскоре на плато приземлился итальянский вертолёт, из него вышел крепкий мужик в сопровождении телохранителя с бычьим взглядом. Представился Женей. Как выяснилось позже, это был один из крупнейших криминальных авторитетов Крыма, фактический хозяин Севастополя. Я с ним вежливо поздоровался, отвёл в сторонку и обрисовал ситуацию: устроили пальбу, об этом наверняка станет известно, у экспедиции будут неприятности, с нас первых спросят. Он махнул рукой – работайте спокойно, никто вам ничего не сделает. Рассказал, что с этими окрестностями связана его молодость, и пообещал поддержать экспедицию. Поддержал он нас своеобразно: привёз ящик шампанского, ящик «Сникерсов» (по тем временам – недоступное лакомство!) и подарил великолепное краснолаковое блюдо, наполненное редкими орлиноголовыми пряжками, серебряными браслетами, застёжками-фибулами. Очевидно, к нему попадали вещи из разграбляемых могильников. Если судить по иностранным аукционным каталогам, всё это стоило около 50 тысяч долларов. Эти вещи сейчас в музее, побывали на выставках во Франции, в Италии, в Германии. А Женю вскоре застрелили… Вот такая необычная история.

– А внимание официальных организаций вы чувствуете?

– Нашей экспедиции грех жаловаться на отсутствие внимания и поддержки. В том числе и со стороны власти. Особенно сейчас. Госкомитет по охране культурного наследия РК полностью понимает и поддерживает нас. Вице-премьер правительства Крыма Лариса Опанасюк тоже помогает: в этом году, когда у нас были очень важные и сложные моменты, она очень сильно нас поддержала.

Во время этого полевого сезона у нас побывал крупный экономист, в своё время занимавший пост министра внешнеэкономических связей РФ, Сергей Глазьев. Мангуп он посетил как частное лицо, с семьёй. Подарил нам свою книгу. Познакомился с результатами работы экспедиции. А ведь он советник президента.

Так что без внимания мы не остаемся. И в любой момент рады встречать гостей. В том числе и зарубежных. Ранее мы очень плодотворно работали с немецкими и польскими коллегами. Сейчас надо просто перетерпеть политику. Вся история Мангупа тоже доказывает: те, кто были разъединены, рано или поздно объединялись.

Елена ОЗЕРЯН.

Источник информации : «Крымская газета» https://gazetacrimea.ru/news/kakie-taini-hranit-gorodishe-mangyp-27154